Первый канал на прошедшей неделе начал показ телесериала «Девять жизней Нестора Махно». Не вдаваясь в художественные «особенности» этого произведения, хочется напомнить россиянам, что не менее яркие личности участвовали в гражданской войне и на территории собственно России; в том числе и в нашей, а также соседних областях.

Об этом идет речь в книге Виктора Савченко «Атаманы казачьего войска», главы из которой мы сегодня предлагаем вашему вниманию.

Черноземная Россия, Нижнее Поволжье, Урал были знакомы с атаманской вольницей еще с ХVI века, когда донские казаки стали «гулять» по огромным территориям Евразии. В 1918-м, казалось, вернулись времена «великой Смуты», когда волей атаманов вершились судьбы Руси. В представлениях русского крестьянина начала ХХ века атаман был не только казацкий старшина, но и выборный лидер народных бунтов.

Одним из первых крупных крестьянских выступлений в Черноземной России времен гражданской войны стало восстание в Одоевском уезде Тульской губернии летом 1918-го. Тогда отряд восставших в несколько тысяч человек, имея 5 пулеметов и 2 орудия, разгромил красный реквизиционный отряд. Коммунистов и советских работников повстанцы закапывали живыми в землю. В Саратовской губернии против продразверстки восстали 12 немецких колоний. Крестьяне Орловской губернии под руководство бывшего офицера Мокашова совершили поход на уездный городок Ливны. Тогда 5 тысяч повстанцев разгромили красный гарнизон Ливен в 350 бойцов и, захватив на два дня город, казнили всех местных коммунистов.

Стихийные восстания крестьян против продразверстки, насилия продотрядов и мобилизации в Красную Армию в Центральном районе России в мае-августе 1919-го были названы «Зеленым валом». Тогда фиксировалось 18 крупных восстаний и до 40 восстаний в волостях. Большую роль в восстаниях лета 1919-го играли дезертиры. В Воронежской губернии в конце мая произошло восстание атамана Шароварова, которое перекинулось на часть Тамбовской губернии.

Тогда восставшие разгромили несколько полков ЧК и РККА, тылы 9-й армии. В Медыни, что возле Калуги, восставшие провозгласили свою «республику», удерживая ее с конца октября до середины ноября 1919-го. Повстанцы провели мобилизацию и создали 5 полков – по числу восставших волостей. Это локальное восстание смогли подавить только 3 тысячи красноармейцев при двух батареях и бронепоезде.

7 ноября 1919-го вспыхнуло восстание в Веневском уезде и в Духовщине, которую захватили повстанцы по главе с эсером Ивановым. Во второй половине 1919-го крестьянские восстания прокатились по Нечерноземью (Иваново-Вознесенская, Московская, Костромская, Ярославская, Тверская губернии).

Наиболее крупным крестьянским повстанческим выступлением 1919 года стала «Чапанная война» (от названия крестьянской одежды «чапан» - кафтан), что пылала на Среднем Поволжье – в Самарской и Симбирской губерниях в марте-апреле 1919-го. У этого восстания был харизматичный лидер – Алексей Васильевич Долинин, который родился в селе Ставропольского уезда Самарской губернии в 1894 году и до революции воевал на фронтах Первой мировой. Хотя Долинин имел крепкое крестьянское хозяйство, он поначалу приветствовал октябрь. Но с лета 1918-го настроения его меняются. Когда повстанцы захватили Ставрополь (8 марта 1919-го), Долинин был избран комендантом Ставрополя и командиром отряда местных повстанцев. В то же время красные пропагандисты уверяли, что восстанием руководят контрреволюционеры и «враги народа» - «граф Орлов и генерал Бердичев».

Как и у атамана Зеленого (в марте 1919-го на Украине), у Долинина лозунги совпали – «Да здравствует Советская власть! Долой продразверстку! Долой засилье коммунистов!». Повстанцы подчеркивали, что не хотят восстановления дореволюционных царских порядков и в то же время выступают против большевистской диктатуры. Восставшие негодовали по поводу насильственной большевизации местных Советов, публичного уничтожения коммунистами церковных икон. Лидеры восстания даже призывали защитить Советскую власть от «присосавшихся к ней, под прикрытием коммунизма, паразитов». Повстанцы заявляли, что они против «власти тиранов, убийц и грабителей – коммунистов и анархистов и других, которые избивают людей плетьми, убивают их, отбирают последний хлеб и скот, уничтожают иконы».

Тогда Поволжье было прифронтовой полосой, где осуществлялась поголовная мобилизация крестьянства в Красную Армию, которой местные жители отчаянно сопротивлялись. Поэтому движущей силой восстания и тут стали дезертиры и середняки. В то же время политически «чапанное» восстание было неопределенно, небольшое влияние имели эсеры, но все решала крестьянская стихия. 5-6 апреля 1919-го восставшие сумели установить свой контроль над большой территорией, взять Ставрополь, создать повстанческую Народно-крестьянскую армию. Во всех деревнях и уездах, что восстали, были созданы штабы Народно-крестьянской армии, а повстанцы сами выбирали командиров-атаманов, переизбрали местные Советы, в том числе исполком Ставрополя.

11 апреля 1919-го повстанцы осадили Сызрань и попытались провести захват власти в Самаре. Однако они имели на вооружении не более тысячи винтовок и ружей, только несколько пулеметов, 90% восставших были «вооружены» топорами, вилами, пиками.

Уже 12 марта 1919-го против восставших было направлено до 3 тысяч красноармейцев при 5 орудиях. В течение марта 1919-го восстание было потоплено в крови, однако Среднее Поволжье продолжало оставаться районом постоянных антисоветских настроений. Интересно, что через несколько месяцев после прошедших расстрелов участников восстания арестованный Долинин был реабилитирован Советской властью и даже стал начальником штаба 2-й бригады 33-й кавалерийской дивизии. Этот повстанческий лидер пережил многих своих противников и тихо умер в родном селе Ягодное в 1951 году.

В феврале 1920-го крестьяне Уфимской, Самарской и Казанской губерний подняли восстание, которое получило название «вилочного восстания». В этом восстании приняло участие до 30 тысяч человек (русские, татары, башкиры, немецкие колонисты). По чекистским сводкам командовал армией повстанцев, носившей звучное название «Армия Черного орла – Земледельца», «бывший офицер» Шумановский. Центральный штаб повстанцев находился в поселке Заинск. Повстанцы выступали за Советскую власть и за свободу торговли, за самоопределение народностей и избираемое народом правительство.

В июле 1920-го началось восстание атамана Сапожкова, которое стало одним из первых антибольшевистских восстаний крупного соединения Красной Армии в Центральной России. К тому же атаман восстания Александр Васильевич Сапожков был «испытанным» большевиком! Он происходил из крестьян Новоузенского уезда Самарской губернии. В годы Первой мировой войны окончил школу прапорщиков, прошел путь от солдата до подпоручика царской армии, стал георгиевским кавалером. В 1917 году Сапожков стал левым эсером, принял активное участие в большевистской революции в Саратовской губернии. В 1918-м вступил в партию большевиков и стал председателем уездного Совета. Сапожков возглавлял красный партизанский отряд и пользовался большой популярностью среди бойцов этого отряда. Тогда Сапожков активно отстаивал идеалы ленинской революции и участвовал в подавлении нескольких крестьянских восстаний.

С февраля 1919-го Сапожков становится комдивом 22-й дивизии Красной Армии и с этих пор воюет на Уральском и Южном фронтах против казаков и белогвардейцев. Сапожков являлся руководителем красной обороны Уральска от белоказаков атамана Толстова.

Весной 1920-го из уральских казаков и крестьян Саратовской и Самарской губерний командованием Красной Армии формируется Туркестанская дивизия. Большая часть командиров дивизии: Зубарев, Серов, Усов – были левыми эсерами, происходили из местного крестьянства. Эти командиры с недоверием относились к «назначенцам» - коммунистам и сочувствовали крестьянскому восстанию, которое началось в районе формирования дивизии. Именно это местное восстание привело к «брожению» и в среде красноармейцев.

В июне 1920-го часть Туркестанской дивизии в составе двух полков и конной батареи должна была влиться во вновь формируемую 9-ю кавалерийскую дивизию РККА. Командование Заволжского военного округа приняло решение отстранить своенравного комдива Сапожкова от его «полупартизанской вольницы» под предлогом отправки на учебу в Москву. Командование рассматривало Сапожкова как «человека с больными нервами, который увлекается вином», и предлагало ему «отдохнуть».

Сапожков как пехотный командир отзывался из дивизии в штаб округа. Но приказ о снятии Сапожкова и комполка Зубарева с должности и о замене их на военспецов вызвал в дивизии недовольство командного и рядового состава. 1 июля 1920-го Сапожков не подчинился приказу о своем отстранении от занимаемой должности и заявил о том, что он остается командиром дивизии. Он под любыми предлогами затягивал выполнение приказа об отправке своих частей на Западный фронт против польских войск и хотел, чтобы дивизию направили на Туркестанский фронт.

13 июля 1920-го Сапожков тайно выехал из Бузулука, где находился штаб дивизии, в села — в расположение своих полков. Сапожков убедил комсостав полков немедленно на¬чать антибольшевистское восстание и арестовать «ненадеж¬ных» командиров и политработников. Поначалу организато¬ры «мятежа» думали только показать власти свой «вооружен¬ный протест, но крови не проливать». По частям дивизии прокатился клич «Долой спецов!».

Утром 14 июля части формируемой 9-й кавалерийской -2-й Туркестанской дивизии подняли знамя восстания, про¬возгласив формирование «Первой Красной Армии Правды» под руководством Сапожкова. В эту армию сразу же было за¬числено до 4 тысяч бойцов, среди которых красноармейцы дивизии составляли две трети. «Армия Правды» располагала 4 орудиями и 45 пулеметами. В то же время в своих воззвани¬ях атаман лживо утверждал, что за ним идут 100 тысяч вос¬ставших.

В первые дни восстания повстанцы после осады 14 июля 1920-го заняли Бузулук и станцию Погромную, разобрав же¬лезнодорожные пути и разоружив 2 тысячи красноармейцев. В первых неудачных боях с «сапожковцами» и при разоруже¬нии потери у красных были небольшие — 10—20 бойцов. Половина разоруженных красноармейцев присоединилась к «Армии Правды». В Бузулуке восставшие освободили за¬ключенных из тюрьмы, захватили 310 миллионов рублей, распустили местный Совет и райпродкомы. Коммунисты и советские работники предусмотрительно бежали из города, поэтому обошлось без показательных казней. Вскоре «Армия Правды» развила наступление на города Уральск и Пугачев.

Части Сапожкова были хорошо вооружены, поддержива¬лись местным населением и постоянно пополнялись добро¬вольцами. К Сапожкову добровольно приходили дезертиры и красноармейцы из Чапаевской дивизии и Трудовой армии.

Власти опасались присоединения к восстанию всей Трудо¬вой армии, что находилась в Новоузенске.

После захвата Бузулука Сапожков еще думал поговорить с командующим Заволжским округом об условиях перемирия и о требованиях восставших. Но командующий округом во¬время не подошел к телефонному аппарату, а атаман Сапож¬ков — запил. Через некоторое время Сапожков решил, что время говорить уже прошло. Пролилась первая кровь. Сапож¬ков выступил на общем митинге восставших и местных жи¬телей Бузулука с программным лозунгом «Долой диктатуру коммунистической партии!».

Пропаганда Сапожкова велась «за революцию и Красную Армию, но без тирании коммунистов», за «Правду» с большой буквы против неправды вождей Ленина и Троцкого, против продразверстки. «Долой комиссаров, долой старых спецов, да здравствует свободная торговля!» — вещали организаторы восстания, но в то же время они выступали за «истинную Со¬ветскую власть и Третий интернационал». В воззвании «Ко всем трудящимся и красноармейцам» атаман Сапожков, зая¬вив о себе как об «идейном анархисте», уверял, что «власти тружеников-крестьян давно уже не существует». Сапожков указывал, что он начал борьбу против «засевших в советских учреждениях буржуазии, спецов-золотопогонников и лже¬коммунистов».

Сапожков заявлял, что в советских учреждениях «засели враги революции — офицеры и буржуи», что ответственные работники компартии «обуржуазились», что необходимо провести «чистку» и не заключать никаких соглашений с буржуазией. Эти заявления сближали восстание Сапожкова с «сибирской махновщиной». Еще одно оправдание восстания стало «ноу-хау» — Сапожков уверял, что восстание необхо¬димо по причине раскола в партии коммунистов-большевиков.

Восстание Сапожкова охватило территорию от Царицы¬на и Саратова до Уфы и Оренбурга, те места, где в 1919-м прокатилось т.н. «вилочное восстание». Руководство Красной Армии привело в шок сообщение о начале восстания, т.к. хо¬рошо понимало, что оно могло привести к цепной реакции перманентных восстаний в частях Красной Армии. Ленин в телеграмме командующему Заволжским округом потребовал скорейшей ликвидации мятежа. Троцкий угрожал: «Виновни¬ки сверху донизу должны быть беспощадно покараны», — и приказал расстреливать всякого повстанца, взятого с оружи¬ем в руках. Тогда были арестованы члены местных организа¬ций анархистов, эсеров, левых эсеров, меньшевиков и «быв¬шие видные партизаны».

Для борьбы с восставшими были мобилизованы все ком¬мунисты и комсомольцы Поволжья, из которых были сфор¬мированы два коммунистических отряда, Сводный отряд Оренбургского губкома комсомола и команда бронепоезда. Против Сапожкова были также брошены особо надежные части из курсантов Витебских пехотных и Борисоглебских кавалерийских курсов.

Сапожков сформировал «Армию Правды» в составе 1-й кавдивизии атамана Зубарева, 1-й стрелковой дивизии (из 2 полков пехоты), конной батареи из 4 орудий. Реввоенсовет «Армии Правды» возглавил бывший комиссар — коммунист Федор Долматов.

Для распространения восстания на другие территории Сапожков отдает приказ о формировании в Пугачевском уез¬де 2-й стрелковой дивизии «Армии Правды» и отправляет в район города Пугачева бойцов Чапаевской дивизии, которые перешли на сторону восстания. На сторону Сапожкова пере¬шел бывший комбриг 25-й Чапаевской дивизии Плясунков, который и был назначен атаманом еще не существующей 2-й Пугачевской дивизии «Армии Правды». Плясунков для «экс¬порта восстания» получил 60 бойцов, 200 винтовок, 2 пулемета и грузовик. Ближайшей целью Сапожкова было захва¬тить города Пугачевск, Уральск, Новоузенск.

Но уже 17 июля 1920-го силами до 5 тысяч красноармей¬цев, что подошли из Оренбурга и Самары, Сапожков был вы¬бит из Бузулука, после чего «Армия Правды» разбилась на две повстанческие бригады. 1-я бригада наступала на Орен¬бург — Уральск под руководством атамана Серова, 2-я брига¬да под началом самого Сапожкова вела наступление — на Бу-гуруслан — Новоузенск. Однако под Новоузенском «сапож-ковцы» были разбиты... Правая рука Сапожкова — атаман Зубрев попал в плен.

Для анализа судьбы атаманов 20-х показательна и судьба Федора Зубрева — красного командира полка. Зубрев принял участие в революции пятого года, за что расплатился тремя годами тюрьмы и годом дисциплинарного батальона. В 1917-м Зубрев как член солдатского комитета корпуса гене¬рала Крымова противодействовал походу Корнилова на Пи¬тер. Далее было участие в Октябрьском перевороте, борьба за власть Советов в Самарской губернии, бои против белока¬заков и... расстрел за участие в «сапожковщине».

В конце июля «Армия Правды» стремилась взять Уральск, поднять на восстание личный состав 2-й Трудовой армии, пробиться в Казахские степи, где уже действовали многочис¬ленные отряды повстанцев. Но выполнить повстанцы смогли только последнюю задачу.

3 августа «Армия Правды» была наголову разбита частями РККА, потеряв до 400 бойцов погибшими и пленными и одно орудие. Но через три дня Сапожков все же отважился на штурм Новоузенска и снова был разгромлен, после чего ушел в Уральские степи. 12 августа Сапожкова постигло новое по¬ражение, когда против его конницы был выслан «летучий от¬ряд» РККА — броневик и 6 грузовиков с пулеметами и пехо¬той.

После ряда тяжелых поражений армии Сапожкова от ре¬гулярных частей Красной Армии (особенно под Ново-Кован-ской) большая часть повстанцев была убита, попала в плен или разбежалась. Во 2-й бригаде — основе армии Сапожко¬ва осталось всего около 150 человек, 8 пулеметов и одно ору¬дие.

6 сентября у озера Бак-Баул, в районе Ханской ставки (Ас¬траханская губерния) отряд курсантов Борисоглебских кава¬лерийских курсов настиг отряд Сапожкова и разгромил его. В ходе боя атаман Сапожков был убит. Тело его обезглавили, а голову доставили в штаб дивизии.

В то же время 1-я бригада «Армии Правды» еще сохраняла свою боеспособность и численность в 300 сабель, рейдируя по Самарской и Саратовской губерниям. Ее атаман Василий Александрович Серов стал руководителем восстания после гибели Сапожкова.

В конце сентября бригада атамана Серова состояла уже из 400-500 восставших, а к февралю 1921-го возросла до 2,5 тысячи повстанцев. Для своего воинства Серов взял новое звучное название — «1-я атаманская дивизия группы восстав¬ших войск Воли народа». В этой дивизии был свой реввоенсовет, отдел пропаганды, контрразведка... Серов на короткое время в феврале — марте 1921-го захватывал небольшие го¬родки: Камышин, Хвалынск, Пугачевск.

25 мая 1921-го «армия» Серова у Новоузенска соедини¬лась с отрядами повстанческого атамана Пятакова. Союзни¬ческие отношения у Серова сложились и с атаманом Попо¬вым. Летом атаманская дивизия Серова рейдировала по Оренбургской и Уральской губерниям. В начале сентября «армия» Серова была потрепана красными, но все же сохра¬нила свое боевое ядро.

Осенью 1921-го, когда по всей стране спадает волна кре¬стьянских восстаний, в группе Серова еще воюют от 300 до 800 всадников и до тысячи пехотинцев, сведенные в три полка. Пехота Серова рейдировала вокруг городков Пугачевска и Новоузенска на 300 подводах, имея на вооружении 15 пуле¬метов. Такая крупная численность «армии» Серова объясня¬ется тем, что в это время Серов стал «генеральным» атаманом над десятком местных атаманчиков, среди которых выделя¬лись Пятаков, Маслов, Еркин, Шувалов, Чепаев. В войсках Се¬рова было много казахов, а в обозе с повстанцами передвига¬лись их жены и дети, причем среди бойцов-«серовцев» были подростки 12-14 лет.

13 ноября, 1921-го войска «Воли народа» ворвались в го¬род Пугачевск и продержались в нем несколько дней, истре¬бив местных коммунистов. В декабре Серов два раза устраи¬вал налеты на Гурьев и осаждал Калмыков.

Василию Серову тогда исполнилось 33 года, и за его пле¬чами была бурная биография. Уроженец села Новоузенского уезда Саратовской губернии, Серов, как почти все его ровес¬ники, стал солдатом Первой мировой, урядником Гурьев- р ской станицы и старшим унтер-офицером. В 1917—1918 го- 8 дах он принимал активное участие в большевистской рево¬люции, участвовал в красном партизанском движении, стал t в 1919-м членом партии большевиков. Революционные со¬бытия тесно сблизили Серова с Сапожковым, и с 1919-го Се¬ров служит командиром полка во всех частях, где команди¬ром был Сапожков. В начале восстания Сапожкова Серов стал начальником гарнизона Бузулука, а вскоре комбригом «Армии Правды».

Сам бывший коммунист, Серов стал беспощадным к ком¬мунистам, борясь под лозунгом «Долой коммунистов!» (на¬чальником штаба у Серова был бывший коммунист Семенов). При захвате населенных пунктов партизаны Серова прилюд¬но казнили коммунистов и советских работников, иногда коммунистов сжигали живыми.

В начале 1922 г. Серов выходит к нижнему течению Ура¬ла, где проводит мобилизацию уральских казаков, доведя свою «армию» до 3500 бойцов. Однако на Урале ему при¬шлось столкнуться с крупными соединениями Красной Ар¬мии, которые потрепали повстанцев, и войско «Воли народа» вынуждено было отойти на восток — в казахские степи.

Операции группы Серова по овладению городком Уил подробно отображены в воспоминаниях С. Мамбетова «Вер¬ные долгу». В середине января 1922-го атаман Серов решает¬ся на рейд в район Уральска, где находились мятежные каза¬чьи станицы, через степь и малонаселенные казахские аулы. Серов мечтает пополнить свою группу уральскими казаками и войти в союз с казахскими повстанческими отрядами Алаш-Орды Серов выступил через Кзыл-Кугу и Тайсойган-ские пески на провинциальный городок Уил, который нахо¬дился далеко от железной дороги и имел гарнизон в 50 бой¬цов. Однако, узнав о приближении повстанцев, коммунисты провели мобилизацию уездных партийных и советских ра¬ботников, чекистов и горожан, доведя гарнизон до 220 бой¬цов.

Защитники Уила имели информацию, что отряд Серова насчитывал около тысячи сабель при 10 пулеметах и имел обоз с пехотой, ранеными и больными, в котором находи¬лось еще до 300 человек Пурга свалила телефонные столбы, оборвала провода, и связь Уила с Уральском оказалась нару¬шенной. Подмоги коммунистам Уила ждать было неоткуда.

17 января 1922-го отряд Серова вышел в Уильский уезд. В Тайсойгане Серов собрал военный совет, обнадежив своих командиров, что в Уильском гарнизоне не более 100 штыков. Утром 18 января повстанцы атаковали защитников города, прорвали оборону... Однако в течение двух суток обороняв¬шиеся, уже в самом городе, отражали атаки повстанцев. На третьи сутки было решено все силы оборонявшихся стянуть в здание уездной больницы. В этот день Серов полностью за¬хватил Уил, кроме каменного двухэтажного здания больни¬цы. Ее защитники удерживали этот опорный пункт длитель¬ное время, пока повстанцы не отважились на общую атаку. Взятых в плен при штурме больницы коммунистов рубили шашками, кололи штыками...

При расправе с пленными погибли военный комиссар, работники укома партии, упродкома, военного комиссариа¬та, взвод чекистов. Серов издал в Уиле, где имелась типография, Декларацию армии «Воли народа» и несколько анти¬коммунистических прокламаций, в которых атаман «отме¬нял» диктатуру пролетариата и все декреты и учреждения власти. Серов утверждал, что «признает за коммунизмом ве¬ликое будущее и идеи его священны», что «новая власть будет бороться с крупным капитализмом, допуская концентрацию капитала и земель только в руках артели и кооперативных организаций». Серов подчеркивал, что он борется только против «насильников-комиссаров, спекулирующих на ком¬мунизме», за «свободу, равенство, братство и самоопределе¬ние народов». В воззваниях Серова указывается и на «голос Божий», так что повстанцы, по всей видимости, рассматрива¬ли себя как защитников православия.

Атаман провозгласил в уезде «новую революционную власть народа», проведя перевыборы сельских и волостных Советов, и в то же время начал переговоры по телефону с уральскими коммунистами и комбригом 84-й красной бри¬гады о почетной сдаче своей «армии». Условиями сдачи пов¬станцев была личная свобода и оставление за каждым амнистированным лошади. 26 января 1922-го Серов добился заключения соглашения с частями РККА о временном пре¬кращении военных действий на две недели.

В течение двух недель перемирия из Оренбурга и Актю¬бинска против повстанцев Серова выступили красный пе¬хотный полк и отряд курсантов, которые расположились в селе Красный Яр. 12 февраля красные возобновили «ликвидацию банд Серова», и 27 февраля Серов был выбит из Уила, после чего отошел в район Джамбейтинской ставки.

Но Серов устроил засаду и разбил актюбинский отряд и отряд ЧОН, захватив многих красноармейцев в плен. 11 мар¬та 1922-го повстанцы сами попали в засаду, потеряв убитыми и пленными до 300 человек, 22 марта произошел новый раз¬гром Серова, в ходе которого он потерял еще 200 бойцов, а в середине апреля 1922-го группа Серова потерпела еще одно поражение, но атаман с горсткой бойцов бежал в степь. В ходе этих боев красные захватили знамя Серова, на котором были написаны такие слова: «Смерть коммунистам — врагам народа, да здравствует полное право и воля народа». Инте¬ресно, что повстанческие атаманы начала 1920-х годов часто сражались под оригинальными «самодельными» знаменами. Так, атаман Каменев, который действовал в районе Луганска, имел черное знамя с неграмотной и кривой надписью «Штаб Рев. Повстанцев Искателей в партиях правды» (знамя хранит¬ся в Киевском историческом музее).

В начале апреля 1922-го, после новых военных неудач и гибели еще 300 повстанцев, «армия» Серова разделилась на отряд атамана Серова в 120 сабель, который рейдировал к Новоузенску, и отряд атамана Киселева (казачий атаман, ко¬гда-то служивший у Дутова) в 100 сабель. Но уже 7 апреля «отбившийся» отряд Киселева был полностью разгромлен красными, и его атаман убит в бою.

В начале мая 1922-го Серов решает прекратить сопротив¬ление и направляет властям письмо о том, что хочет «войти» в городок Новоузенск, чтобы запастись продовольствием и фуражом для своей группы. Он предлагал гарнизону Новоузенска не оборонять город, а пропустить туда его группу, гарантируя неприкосновенность гарнизона и Советской вла¬сти. Тогда же Серов начал переговоры с командиром красно¬го полка и с Комиссией по ликвидации бандитизма на Урале о своей добровольной сдаче по амнистии. Серов согласился сдаться властям и помогать Комиссии по ликвидации банди¬тизма при условии полной амнистии для себя и своих бой¬цов.

Власти пошли на эти условия, и к Серову выехала группа «ответственных работников» ГПУ для приема отряда, но ни он, ни его отряд тогда не пошли на намеченные условия сда¬чи, а чекисты были пленены повстанцами.

В начале июня 1922-го Серов, рейдируя по Уральской гу¬бернии, возобновил бои против Советской власти, однако соперничать с красноармейскими частями его отряд уже не мог. После очередного разгрома отряд Серова разбился на 7 мелких отрядов общей численностью до 200 бойцов. 15 ав¬густа 1922-го произошел новый разгром отряда, но и на этот

раз Серов смог скрыться.

Не видя перспектив дальнейшей борьбы, в конце августа Серов и его 80 повстанцев добровольно сдались чекистам. Но эта сдача происходила уже не по амнистии, и всех пов¬станцев не амнистировали, а поместили в тюрьмы и лагеря.

8 декабре 1923 года по суду Самарского ревтрибунала ата¬ман Серов был приговорен к расстрелу и немедленно казнен.

5 ноября 1920-го в Павловском уезде Воронежской губер¬нии началось крупное крестьянское восстание под руково¬дством атамана Колесникова. Он был избран на сельском сходе села Старая Калитва атаманом — руководителем вос¬стания крестьян и дезертиров, которые выступили против «коммунии», продразверстки и мобилизации.

Иван Сергеевич Колесников родился в 1894 году в селе Старая Калитва Острогожского уезда Воронежской губер¬нии. Он, как и большинство повстанческих атаманов Граж¬данской, прошел фронты Первой мировой войны, дослужился до вахмистра царской армии. В 1918—1919 годах Иван Ко¬лесников воевал на фронтах Гражданской в составе Красной Армии, был коммунистом, командиром полка. Летом 1920-го Колесников неожиданно дезертировал из Красной Армии. Атамана отличали храбрость и мастерское владение оружи¬ем. Чекисты так описывали атамана Колесникова: «...среднего роста, блондин, коренастый».

Возможно, в одном из боев против повстанцев, в руко¬пашном бою, Колесников столкнулся с будущим маршалом Г. Жуковым. В своих воспоминаниях Жуков писал о своем участии в разгроме войск Колесникова — Антонова: «...Среди восставших было очень много бывших фронтовиков и в их числе унтер-офицеров. И один такой чуть не отправил меня на тот свет...»

Колесников оказался незаурядным организатором. Он создал штаб восстания и организовал 5 повстанческих пол¬ков (Старокалитвенский, Новокалитвенский, Дерезовский, Криничанский, Дерезоватский) из жителей Острогожского, Павловского и Богучарского уездов Воронежской губернии, Старобельского уезда Украины. Число бойцов его «армии» колебалось от 2 до 6 тысяч вооруженных бойцов. В особо крупных операциях участвовало и до 12-15 тысяч повстан¬цев. На вооружении «армии» Колесникова было 2-4 пушки и 20-40 пулеметов. Из бывших фронтовиков Колесников соз¬дал особый полк под руководством Александра Конотопцева - бывшего чекиста, перешедшего на сторону восставших. А. Конотопцев возглавил и разведку повстанцев, которая имела информацию о действиях властей и Красной Армии. Благодаря умелой постановке разведки отрядам Колесникова долго удавалось уходить от преследования и громить мелкие отряды РККА.

Коммунистический отряд, высланный в ноябре 1920-го на подавление восстания Колесникова, врасплох был атако¬ван на марше и полностью уничтожен повстанцами. Восставшие разоружили караульный батальон станции Старая Калитва, заняли станцию Евстратовку. Красноармейцы частей 2-й Особой армии, присланные на подавление восстания, часто переходили на сторону повстанцев.

Колесников совершал рейды в глубь Воронежской и Кур¬ской губерний, в Донскую область, временно захватывая го¬родки Богучар, Новохоперск... Нападению подвергались ме¬стные гарнизоны, продотряды и карательные отряды, вы¬сланные на усмирение восставших. Повстанцы избегали прямых столкновений с крупными соединениями РККА, при¬бегая к тактике партизанской войны, совершая неожиданные набеги. Получив разведданные, повстанцы обычно ночью ок¬ружали небольшие части Красной Армии, «снимали» охрану, арестовывали сонных командиров и коммунистов. Утром пе¬ред разоруженными солдатами выступал сам атаман, призы¬вая красноармейцев присоединиться к повстанцам, на глазах пленных расстреливались коммунисты.

Воронежский губвоенком возглавил войска Южной груп¬пы, которая в декабре 1920-го выдвинулась против Колесни¬кова. Однако большевистские вожди не владели полной ин¬формацией о восставших, не представляли масштабов восстания, считая, что на территории района действуют небольшие разрозненные отряды «бандитов». Воронежский губвоенком, глава Воронежской губчека, председатель Богучарского губвоенкомата, начальник штаба войск особого назначения с небольшим карательным отрядом и «походным» трибуналом направились в Старую Калитву «наводить поря¬док». Но ночью дом на краю села, где заночевали прибывшие «начальники», был окружен повстанцами, а утром после не¬продолжительной перестрелки коммунистический отряд и коммунистические лидеры были уничтожены. На месте их гибели в годы Советской власти была поставлена стела, в па¬мять о погибших коммунистах.

В район восстания Колесникова из Крыма были перебро¬шены стрелковые и кавалерийские части Южного фронта, которые «освободились» от операций против Махно и Вран¬геля. Эти части при поддержке 3 бронепоездов 26 декабря 1920 года нанесли повстанцам Колесникова поражение в бою. Однако уже на следующий день отряд Колесникова и Каменюка захватил украинский городок Старобельск, раз¬громив его гарнизон в 350 бойцов. 28 декабря повстанцами был проведен налет на стратегическую станцию Сватово, где Колесникову удалось захватить 360 пленных, артбазу Крас¬ной Армии и большое количество патронов.

В начале 1921-го «армия» Колесникова взяла под кон¬троль практически всю сельскую Воронежщину. По данным чекистов, на территории Воронежской губернии действова¬ли 165 крупных отрядов повстанцев, насчитывавших до 50 тысяч человек. Тамбовский атаман Антонов записал отряды Ивана Колесникова в свою Тамбовскую армию под названи¬ем 3-й Конно-партизанской армии, состоящей из 4 полков атаманов Колесникова, Фролова, Мартынкина, Попова. Но сам Колесников не считал свои отряды частью Тамбовской «армии» и действовал самостоятельно.

Озабоченный ситуацией В.И. Ленин тогда отправил за¬писку Воронежскому губернскому комитету ВКП(б) с требо¬ванием «принять все меры к ликвидации восстания Колесни¬кова в связи с угрозой захвата губернского города Воронеж». В район восстания были направлены эшелоны с 3 полками, но разгромить или локализовать восстание властям тогда не удалось.

Отдельные отряды Колесникова «разбрелись» по Орлов¬ской, Курской, Воронежской, Тамбовской, Донецкой, Ростов¬ской, Харьковской областям. В начале февраля 1921-го года повстанцы вновь объединились под командованием атамана Колесникова. В феврале — марте бои на повстанческом фронте шли с переменным успехом. Несколько раз Колесников уходил в Тамбовскую губернию, но, не желая подчинять¬ся строгому руководству атамана Антонова, возвращался обратно.

9 февраля повстанцы захватили Россошь, но 11 февраля отряды Колесникова потерпели серьезное поражение у станции Лиски, после чего направились на Тамбовщину. 20 февраля Колесников на несколько часов занимает горо¬док Новохоперск. 25 февраля Колесников (1 тысяча конни¬цы, 500 бойцов пехоты на подводах, 10 пулеметов) высту¬пил из-под Богучар на соединение с атаманом Антоновым. На следующий день на станции Терновка отряд Колеснико¬ва разгромил крупную красную часть, пленив до 800 красноармейцев.

Вскоре отряд атамана Колесникова под красным знаме¬нем неожиданно налетел на Воронеж. На несколько часов повстанцы захватили окраины города и местную тюрьму. Но в этот победный момент атаман стал вести переговоры по телефону с начальником 10-й дивизии РККА Кауфельдтом о возможных условиях сдачи повстанцев и амнистии. Услови¬ем продолжения переговоров было немедленное выведение повстанческих отрядов из Воронежа. Колесников отступил от Воронежа, но переговоры были сорваны.

Весной 1921-го в Воронежскую губернию были перебро¬шены крупные формирования Красной Армии, из которых была создана Подвижная группа для борьбы с бандитизмом в составе 10-й дивизии и кавалерийских полков 6-й и 56-й ди¬визий. Эта группа разгромила ядро повстанческой «армии» Колесникова, после чего часть повстанцев атамана ушла к Махно, часть - к Антонову.

Чекисты внедрили в штаб Колесникова своего агента — красивую двадцатилетнюю чекистку Екатерину Вереникину. Под видом жены погибшего от рук красных эсера Екатерина прибыла в штаб Колесникова. Атаман был очарован девуш¬кой и, на свою беду, дал ей работу при штабе повстанцев.

Вскоре благодаря информации чекистки был уничтожен лучший (Старокалитвенский) полк повстанцев, по непонят¬ным причинам вышедший на линию артиллерийского и пу¬леметного огня красных. В бою погиб командир полка, брат атамана Колесникова Григорий. Тогда же красным удалось захватить канцелярию и архив его частей.

В начале апреля отряд Колесникова был разбит «летучи¬ми отрядами» красных в Тамбовской губернии. После этих поражений отряд, разбившись на три части, ушел в Воронеж¬скую губернию, где, вновь соединившись, представлял уже значительную силу в 1500 повстанцев. Но в конце апреля в бою у села Дерезоватое Воронежской области атаман Колес¬ников был убит. По другой версии Колесников погиб только через две недели — 12 мая 1921-го, когда в районе Коротояка его отряд принял бой против «Подвижной группы» из 3 кавалерийских полков, стрелкового батальона и батареи.

После гибели Колесникова по объявленной Советской властью амнистии сдалось до тысячи его повстанцев, еще до 2 тысяч повстанцев рассеялись по Острогожскому и Богучар-скому уездам, создав мелкие подвижные отряды. В июне в че¬кистских сводках фигурирует «банда Колесникова» в составе 1 тысячи сабель при 13 пулеметах, что действует в районе Луганска. Возможно, атаманом этого отряда был Каменюк. В июле остатки «банды Колесникова» под началом некоего атамана Лухачева возвращаются из Украины в Воронежскую губернию, где продолжают борьбу до октября 1921 года, пока не исчезают в круговерти братоубийственной войны.

По Саратовской губернии и Дону в те дни «ходил» еще один повстанческий атаман — Константин Вакулин. Вакулин был коммунистом с 1918 года, успешным красным команди¬ром, кавалером ордена Красного Знамени, командиром 23-го полка красной конной дивизии Миронова. В 1920 году Ваку¬лин становится командиром караульного батальона Усть-Мед-ведского окружного военкомата на Дону. 16 декабря 1920-го красный комбат Вакулин поднял восстание — «под влиянием эсеровской агитации» — в слободе Михайловской Усть-Мед-ведского округа Донской области. В начале восстания отряд Вакулина состоял из 500 бойцов, а через полтора месяца воз¬рос до 2000 бойцов при 2 орудиях.

В декабре 1920-го Вакулин выпустил воззвание к восстав¬шим и один номер повстанческой газеты «Вольный гражда¬нин», в которых утверждал, что командир 2-й Конной армии Филипп Миронов уже поднял всеобщее восстание против большевиков, разгромил части РККА и занял Калач-на-Дону. Опираясь на авторитет командарма Миронова на Дону, Вакулин обещал станичникам: «Вот придет Миронов, начнет¬ся чистка!» Провозглашая «Свободу, равенство, братство!», Вакулин дополнил этот лозунг другим радикальным лозун¬гом — «Смерть коммунистам-вампирам!» Ф. Миронов подоз¬ревался в совместном заговоре с Бакуниным, чекисты счита¬ли, что Вакулин действует по наущению и по плану самого командарма Миронова. Вследствие этих подозрений Миро¬нов в январе 1921-го был освобожден от всех командных по¬стов в РККА. Власти требовали от него воззваний и обличаю¬щих речей против Вакулина, но Миронов заявлял, что «жиды управляют Россией», что «многие коммунисты — мерзавцы» и из-за нового неравенства «честные люди поднимают восстания».

На конференции в Усть-Медведской 8 февраля 1921-го Миронов сказал, что знал Вакулина как идейного, честного и стойкого революционера, который «вынужден был восстать». В то же время Миронов посетовал, что «чистка нужна, но не путем восстаний» и что его могут вскоре «из-за угла убить». Но Миронова не убили, а 13 февраля 1921-го года арестова¬ли, чтобы судить и казнить за новый мятеж. В середине фев¬раля эшелоны с бойцами из соединений Миронова, направ¬ленные на подавление восстания Вакулина, не подчинились приказам командиров и разогнали местную милицию. Интересно: Вакулин не стремился к соединению с армией пов¬станцев Антонова, а пытался играть свою атаманскую «игру» и ждал восстания «бывших мироновцев».

Потрепанный в Донской области отрад Вакулина в сере¬дине января 1921-го отошел в Саратовскую губернию и за¬хватил Красный Яр, а также пытался захватить городок Ка¬мышин. В Саратовской губернии атаману Вакулину удалось

разбить три отрада красных 77-й бригады ВНУС (более тыся¬чи штыков). Часть пленных красноармейцев перешли под руку атамана. Вскоре за счет пленных красноармейцев (в плену у атамана находилось до тысячи красных бойцов) и

местных крестьян (400 добровольцев-крестьян) Вакулин до¬вел численность своей армии до 1 тысячи пехоты, 500 сабель при 200 подводах, 17 пулеметах и 2 орудиях. Отрады Вакули¬на форсировали Волгу (севернее Камышина) и, перейдя на левый берег, подняли движение против власти коммунистов местного крестьянства Новоузенского уезда. 22 января 1921-го Вакулин разгромил красный отряд Афанасьева (600 штыков).

В начале февраля 1921-го повстанцы стремились вер¬нуться на Дон, но красные войска, выставив сильные заслоны, их на Дон не пустили. 5 февраля Вакулин (до 2200 бой¬цов) все-таки взял Камышин и удерживал этот городок три дня, после чего снова переправился на левый берег Волги и разделил свой отрад на две группы. Одна выступила в рейд в северном направлении, другая — на юго-восток. Против от¬ряда Вакулина в 2000 повстанцев было направлено до 5000 бойцов регулярных войск РККА.

Преследование повстанцев было организовано «летучи¬ми отрадами» 21-й и 22-й кавдивизий в 1 тысячу сабель, 200 штыков на грузовых машинах и подводах, при 3 броневиках (подобные «летучие отрады» показали свою эффективность и в боях против Махно в 1921 г.). «Летучий отрад» нанес повстанцам атамана Вакулина рад сокрушительных поражений.

17 февраля в рукопашном бою у станции Гмелинская Вакулин был убит, а его отряд полностью разбит. 300 повстанцев и сестра атамана попали в плен, 180 повстанцев были убиты. Красные захватили весь обоз, орудие, 12 пулеметов...

Красные пропагандисты утверждали, что коммунист и красный командир Вакулин был «неврастеником», «на по¬следней стадии сифилиса». Но, скорее всего, это был только примитивый пропагандистский прием.

Из остатков повстанцев Вакулина атаманом Федором По¬повым был сформирован отряд в 250—280 сабель при 15 пу¬леметах и одном орудии, который действовал на Нижней Волге до конца апреля 1921-го. В отряде атамана Попова преобладали уральские и волжские казаки, казахи и волж¬ские немцы. Сам Попов — бывший донской казак, был крас¬ным командиром полка в Первой Конной армии. Примеча¬тельно, что двоюродный брат атамана был комбригом Крас¬ной Армии.

Уже 25 февраля отряд Попова разгромил красный баталь¬он и сводный отряд матросов, пленив более ста человек. То¬гда отряд Попова ушел в Пугачевский уезд, где крестьяне вос¬стали против коммуны. В марте Попов переформировал свой разросшийся до 5500 повстанцев отряд (по сводкам в марте — апреле отряд оценивался красными в 5-8 тысяч «бандитов» при 30 пулеметах), разделив его на кавдивизион в 5 эскадронов по 170 сабель и на 4 полка (Усть-Медведский, Астраханский, Самарский, Пугачевский) по тысяче штыков, которые передвигались на подводах. При каждом полку было по 5 пулеметов и телефон связи. Попов создал реввоенсовет и штаб своей армии.

«Армия» Попова в феврале 1921-го попала в «категорию наиболее опасных рейдовых банд». «Поповцы» зверски рас¬правлялись с коммунистами и уничтожали местные совет¬ские учреждения. В то же время Попов в марте 1921-го вы¬пустил «Декларацию Реввоенсовета пяти» и несколько воззваний к населению, в которых заявлял о признании всех политических партий, кроме «монархистов-черносотен¬цев», и о возможности возрождения Учредительного собра¬ния. Декларация Попова почти полностью совпадает с Дек¬ларацией атамана Серова, что говорит о их возможном союзе.

13 марта 1921-го Попов разгромил сводный красный от¬ряд, взяв в плен до 300 красноармейцев и расстреляв 70 кур¬сантов. С 26 марта по 16 апреля Попов рейдирует по Самар¬ской губернии, а после перебирается в Саратовскую губер¬нию. 17 апреля атаман Попов (6 тыс. бойцов) занимает городок Хвалынск, удерживая его четыре дня. На «почве го¬лода» в губернии вспыхивают стихийные локальные восста¬ния крестьян, которые громят ссыпные пункты. Мелкие ата¬манские отряды Заволжья объединяются в две повстанческие группы: атамана Новикова до 6 тысяч бойцов (отряды Аисто-ва, Пятакова, Сарафанкина, Сафонова, Пименова, Колобы) в районе Уральска и атамана Маслова до 3 тысяч бойцов (от¬ряды Шувалова, Хлынова, Конорезова, Белухина) в районе Астрахани.

Однако в конце апреля 1921-го из-за внутренних проти¬воречий и после поражения под станицей Преображенка в Донской области «армия» атамана Попова распалась на две части: «донцы» в полторы тысячи сабель остались на Дону и вскоре были уничтожены «летучим» бронеотрядом красных, «самарцы» в тысячу повстанцев при 10 пулеметах продолжа¬ли до мая борьбу в Поволжье (Камыишнский уезд). Сам По¬пов, очевидно, погиб в бою в начале мая 1921 года.

Из повстанческих атаманов, бывших буденновцев, наи¬более известен кавалер двух орденов Красного Знамени Григорий Савельевич Маслаков (кличка Маслак), о котором писали Бабель и Маркиш, Буденный и Махно. Надо отме¬тить, что многие отряды повстанцев Степного Поволжья в 1920—1923 годах состояли из бывших красноармейцев. Повстанцы этих отрядов с гордостью называли себя по фами¬лиям бывших красных командиров: «мироновцы», «вакулин-цы», «маслаковцы», «фоминцы».

Григорий Маслаков родился в 1877 году в бедняцкой се¬мье на Ставрополыцине. Он отличился во время Первой ми¬ровой войны, воюя в казачьих конных частях, дослужился до вахмистра. Уже в конце 1917-го Маслаков становится коман¬диром красного конного отряда донских казаков, которые боролись против Каледина. В 1918-м командует отрядом красных партизан, которые воевали с белоказаками в Сальских степях.

Вместе с Думенко Маслаков был одним из организаторов красной Конармии, комбригом 1-й бригады 4-й дивизии 1-й Конной. В сентябре 1919-го Маслаков как «правоверный» красный принимал участие в аресте Филиппа Миронова, объявленного властью «вне закона». Его бригада окружила мя¬тежников Миронова, принудив их сдаться без боя. Тогда Мас¬лаков выполнял приказ Троцкого, хотя и был «любимцем Миронова». Непродолжительное время Маслаков командовал 1-м конным корпусом, а в начале 1920-го командовал 14-й кавдивизией. В июне 1920-го, на польском фронте, он был принят в РКП(б).

Части Первой Конной армии с начала своей организации отличались свободолюбием, неподчинением диктаторским приказам. Часть влиятельных командиров Первой Конной были вдохновителями разных «недоразумений» и с недове¬рием относились к Троцкому и комиссарам из Центра. Так, в мае 1920-го возле Мелитополя отряд в 200 конников Первой Конной громил советские учреждения. Сводки политработ¬ников Конармии часто указывали на явления бандитизма, антисоветской агитации в ее частях, на «политическую без¬грамотность», на «безответственность командиров»...

Ворошилов предупреждал, что 1-я Конная не может эф¬фективно воевать с бандитами, потому что «разложилась и сама может напасть на нас». Вот что писал белогвардейский литератор Роман Гуль о 1-й Конной: «...Слитая из мужи¬ков-партизан, красных казаков, калмыков, черкесов, банди¬тов, во главе с командирами — царскими солдатами, ставши¬ми генералами, эта странная Первая Конная армия... о комму¬нистах отзывалась не иначе, как с полным презрением».

В подтверждение этих слов: в октябре 1920-го в частях 6-й кавдивизии Конармии, что располагалась во время пере¬брасывания частей Первой Конной с польского на вранге-левский фронт в Киевской губернии, произошел бунт под лозунгами «Долой Троцкого! Да здравствует Махно!», «Долой коммунистов!». В ходе стихийного выступления буденновцев были разогнаны политотдел и особый отдел дивизии и рас¬стреляно несколько комиссаров, командиров и чекистов. Си¬лами особых частей большевикам удалось изолировать вос¬ставшие бригады и перегородить путь восставших из 6-й кав¬дивизии бронепоездами, не дав им соединиться с бунтарями из 4-й кавдивизии, с бригадой Маслакова. Оказавшись пол¬ностью окруженными, буденновцы поддались на уговоры и сложили оружие... После разоружения восставших чекистами были «выявлены» «подстрекатели», которых немедленно рас-3 стреляли, некоторые части были расформированы.

Но и товарищ-батька Буденный сам отличался необуздан¬ным нравом и оригинальностью заявлений. Так, 16 октября 1920-го в приказе конармейцам с призывом штурмовать бе¬логвардейский Крым Буденный заявляет: «...немецкий барон делает отчаянные усилия, чтобы удержаться в Крыму, но это ему не удастся. Ему помогают изменники революции — ев¬реи и буржуи. Но достаточно будет решительного удара слав¬ной конницы, и предатели будут сметены. Будьте стойки и беспощадны. Крым будет наш!»

Бюллетень РВС тогда сообщал, что «Маслаков является хорошим стратегом и бойцом. Способен повести бойцов и выйти победителем, но революционной дисциплины не признает, недоброжелательный к комиссарам и имеет на¬клон к самостоятельности».

Бабелю тогда казалось, что буденновцы походят на «кон¬дотьеров или будущих узурпаторов». Комбриг Маслаков был упомянут в романе И. Бабеля «Конармия», с Маслаковым Ба¬бель несколько раз встречался. Бабель писал: «Впереди полка, на степной раскоряченной лошаденке ехал комбриг Маслак, налитый пьяной кровью и гнилью жирных своих соков...»

В ноябре 1920-го Маслаков стал комдивом 4-й кавдиви-зии (после него этим соединением командовали Пархомен¬ко и Тимошенко). Однако уже через месяц за проявленные недовольство и непокорность Маслаков был понижен до комбрига. В декабре 4-я дивизия (вместе с бригадой Масла-кова) отправлялась на внутренний фронт — воевать против повстанцев Махно, которые еще неделю назад находились в составе Красной Армии.

Однако 4-я кавдивизия потребовала от Троцкого освобо¬дить ее «от работ на внутреннем фронте», но так и не дожда¬лась от него ответа. В январе 1921-го 4-я дивизия действова¬ла против восставших 3-й группы махновцев атамана Бровы в Екатеринославской губернии. Первая бригада 1-й Конной была одной из лучших, но из-за непосредственного контакта с махновцами и местным населением она отказалась вести карательные акции против махновцев. Очевидно, с декабря 1920-го Маслаков стал поддерживать тайные отношения с противниками-махновцами, о чем есть упоминание в мемуа¬рах командира штаба махновцев В. Белаша.

В начале февраля 1921 года Буденным и К° было решено отдать Маслакова под суд ревтрибунала, сфабриковав на него дело о контрреволюции. Маслаков не стал ожидать решения своей судьбы красным трибуналом. 8 февраля, ожидая при¬ближения армии Махно в район своей бригады, Маслаков призвал бойцов бригады и местное население выступить против «узурпаторов-большевиков», поддержать Махно и приказал бригаде готовиться к рейду на Дон. В листовке Мас-лакова были такие слова: «Мы не идем против Советской вла¬сти, а боремся за нее... против диктатуры бумажных комму¬нистов... против диктата свыше и диктаторов... за действи¬тельную Советскую власть без коммунистов».

11 февраля Повстанческая армия махновцев в районе Павлограда и Самарских лесов объединилась с местным анархистским отрядом атамана-матроса Бровы (300 сабель), с отрядами Семерки и Колесника (200 бойцов), с восставшей бригадой буденновцев Маслакова. 11 февраля 1921-го Совет¬ская власть объявила Маслакова «вне закона». Григорий Маслаков, как говорилось в приказе, «на почве пьянства и дема¬гогии» увлек на мятеж значительную часть бойцов 19-го кав-полка и «предал дело революции».

В группе Маслакова — Бровы (Брова становится началь¬ником штаба группы), которая вошла в армию Махно, оказа¬лось более 700 сабель, 300 штыков. Тогда к восставшим примкнули 130 буденновцев из других бригад 6-й и 4-й кавдивизий.

Но пребывание группы — бригады Маслакова в Повстан¬ческий армии Махно было недолгим... Уже 10 марта 1921-го Маслаков, Брова и атаман Кочубей со своими отрядами ото¬рвались от армии Махно и выступили в направлении на Се¬верный Кавказ. На эту акцию было дано согласие Махно, причем частям Маслакова было присвоено новое звучное на¬звание - «Кавказская Повстанческая армия махновцев». Мас¬лаков надеялся выйти в родные степи Ставрополья и перетя¬нуть на сторону повстанцев станичников из 1-й Конной Бу¬денного и 2-й Конной Миронова. В марте «армия» Маслакова, выдержав серьезный бой у станицы Великокняжеской, про¬рвалась на северо-восток - в Калмыцкие степи. Мастаков не¬посредственно угрожал Царицыну и Астрахани. Советские источники сообщали, что в этих городах «боевых сил для противопоставления этой внушительной банде нет».

Около полугода «армия» Маслакова, численность которой колебалась от 1 до 4 тысяч бойцов (2 орудия, 20 пулеметов), вела повстанческую борьбу против власти большевиков на Ставрополыцине и в Калмыцких степях. Эта «армия» для удобства маневра разделилась на 3—4 полка-отряда. Первые бои Маслакова на Северном Кавказе произошли уже в марте 1921-го в Малодербетском улусе у Царицына, а в начале ап¬реля Маслаков занял калмыцкие городки Яшкуль, Чилгир, Улан-Эрге, Бургун-Сала. 29 апреля он захватил Элисту, где казнил около 100 советских работников и комиссаров. В июле отряд Маслакова был полностью разгромлен частями Красной Армии. Маслаков и Брова были предательски убиты амнистированными властью бывшими повстанцами.

В феврале 1921-го восстание против большевиков под лозунгом «Советы без коммунистов!» поднял еще один буден-новский командир — комполка 7-й кавдивизии (иногда его называют комбригом 16-й кавдивизии) Иван Захарченко. Это восстание началось на Кубани, но вскорости отряд За¬харченко в 100-150 сабель (при одном пулемете) стал рей¬дировать по донским степям. Последний раз, в ноябре 1921-го, этот отряд фиксируется чекистами в Крыму.

Из буденновцев вышел и другой повстанческий атаман юга России — Иван Петрович Колесов, который родился в 1880 году в ст. Иловлинской в бедной крестьянской семье. Колесов — участник Первой мировой, вахмистр, заслужил четыре Георгия. В марте 1917-го Колесов был выборным ко¬мандиром полка, а в 1918-м стал председателем Объединен¬ного совета трех крупных станиц на Дону. Тогда же за свою революционную деятельность и поддержку большевиков был объявлен Калединым «изменником Тихого Дона», а за его голову белые обещали 200 тысяч рублей.

Колесов объявил мобилизацию казаков и собрал два красных конных полка, которые боролись против Каледина и Краснова. С начала 1919-го Колесов находится в составе Красной Армии — пройдя путем комбата, комполка, комбри¬га 4-й дивизии. За личную храбрость он был награжден орде¬ном Красного Знамени. В конце 1920-го оказался начдивом запаса Первой Конной армии. Но в марте 1921-го Колесов неожиданно поднял восстание у города Камышин Саратов¬ской губернии. Поначалу его отряд составляли 120 бывших красных конармейцев. Проведя мобилизацию местных кре¬стьян-фронтовиков от 18 до 45 лет, атаман Колесов довел численность своего отряда до 300 человек. С этими силами он занял Камышин и Николаевск. 13 марта Колесов разгро¬мил отряд коммунистов в 60 штыков, а в начале апреля рей¬дировал на землях Трудкоммуны немцев Поволжья и к концу месяца ворвался в Донскую губернию, надеясь поднять каза¬ков на восстание.

«С нами Бог и Народ... Долой угнетателей народа, шкурни¬ков-коммунистов, долой новых бездельников, поглощающих чужой труд. Да здравствует свободная печать, слово, народ¬ное право и свободная торговля. Да здравствует власть трудя¬щихся!» — говорилось в воззваниях Колесова. Поднимая вос¬стание, Иван Колесов рассчитывал на то, что его младший брат — Николай Колесов (член РКП(б), красный командир в 1918-1928 гг., кавалер 3 орденов Красного Знамени), кото¬рый командовал 3-й бригадой в 6-й кавдивизии Первой Кон¬ной, сможет поднять свою дивизию против власти и присое¬динить ее к восставшим. Однако напрасно атаман ждал под¬моги. Брат не поднял восстание и осудил своего «мятежного родственника».

Из революционных матросов Балтийского флота был атаман Медведев, который поднял русских крестьян летом 1920-го в районе Татарии, из красных командиров - быв¬ший комбат Аистов, собравший в Заволжье в начале 1921-го отряд до 600 повстанцев и громивший с ним «советские уч¬реждения»...

Говоря об атаманах из бывших красных командиров, нельзя не упомянуть Якова Михайловича Фомина — казака хутора Рубежного, есаула Первой мировой. Фомин родился в 1885 году и с 1906 года служил в привилегированном лейб-гвардии Атаманском полку. После революции вернулся на Дон, но вскоре был мобилизован в Донскую армию белого атамана Краснова. Осенью 1918-го Фомин сражался против красных у Воронежа, командуя 28-м Верхнедонским полком белой Донской армии. В декабре 1918-го он поднял казаков на восстание против атамана Краснова, захватил окружную станицу, что привело к разгрому Северного фронта белока¬заков Красной Армией.

С января 1919-го Фомин служил помощником военкома Верхнедонского округа, командовал эскадроном в 9-й Дон¬ской кавдивизии, командовал 1-м полком в конном корпусе Филиппа Миронова. В сентябре 1919-го вместе с Мироновым поднял восстание против Советской власти. Тогда же аресто¬ван и приговорен к расстрелу, но в октябре вместе с Мироно¬вым был помилован.

В 1920-м Фомин командовал караульным эскадроном в Верхнедонском округе. 13 марта 1921-го, прослышав о вос¬стании в Кронштадте и на Дону, Фомин поднял свой эскад¬рон против власти большевиков. Весной его конный отряд в 130-200 сабель рейдировал по Воронежской, Царицынской, Донской губерниям. После разгрома отряда Колесникова к Фролову перешла часть бойцов из распавшихся отрядов пов¬станцев. Осенью чекистские сводки сообщают об отряде Фролова в 150 сабель при 2 пулеметах. Отряд Фролова был разбит в боях 18-20 марта 1922-го, в этих боях погиб и сам атаман.

Атаманы из бывших красных командиров не попали ни в учебники истории, ни в научные исторические книги, Они оказались не нужными ни красной, ни белой, ни демократи¬ческой пропаганде... Трагедия этих атаманов заключалась в том, что они сами создавали тот тоталитарный режим, про¬тив которого выступили и от которого погибли. Но именно они стремились к «перманентной» революции, к продолжению Октября в форме народного бунта против большевиков, ошалевших от полновластия. На фронтах Гражданской ата¬маны четко видели впереди врага - «золотопогонника», но враг оказался страшнее: он наносил удар сзади, он выглядел революционным комиссаром — «новым, красным помещи¬ком» и использовал те же лозунги, что и «честные» револю¬ционеры. Красные атаманы не вписались в реальность тота¬литарного режима после Гражданской, и они должны были уступить место бюрократам от революции...

(По материалам книги «Атаманы казачьего войска», изд-во «Яуза» - «ЭКСМО», 2006 г.)

«Волжская коммуна» NN 121- 130

НОВОСТИ ГУБЕРНИИ

НАДЗИРАЮЩИЕ ЗА ОГНЕМ На днях в Главном управлении МЧС России по Самарской области прошло торжественной заседание, по случаю 80-летия государственного пожарного надзора. В нем приняли участие не только лучшие инспектора и ветераны службы, но и те, кто пришел поздравить их со знаменательным юбилеем: сотрудники аппарата областного правительства, главы муниципальных образований, представители общественных организаций. Главный спасатель России Сергей Шойгу прислал самарским коллегам поздравительный адрес, в котором отметил их большой вклад в дело обеспеечния пожарной безопасности в регионе. Ирина ЧЕЧУРИНА

ПОВЫШЕНИЕМ ЗАКУПОЧНЫХ ЦЕН ПРОБЛЕМУ РАЗВИТИЯ ЖИВОТНОВОДСТВА НЕ РЕШИТЬ Пожалуй, нет в нашей области другого предприятия переработки, от которого до такой степени зависело бы развитие какой-то отрасли сельхозпроизводства, как «Самаралакто». Для молочного животноводства Самарской губернии его роль сравнима с АВТОВАЗом в структуре промышленности. Генеральный директор крупнейшего молочного завода региона Анатолий АРНАУТОВ, всегда был убежден, что производство с переработкой неразделимы и должны развиваться синхронно. Сегодня, в контексте национального проекта, значение политики «Самаралакто» вырастает еще больше. Об этой самой политике, о цене каждого шага переработчиков в современных условиях мы и говорили с Анатолием Арнаутовым – уже не генеральным директором одного предприятия, а управляющим межрегионального дивизиона «Волга». Мария ЖАРКОВА

МАКСИМАЛЬНО ЭФФЕКТИВНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ОБЛАСТНОЕ ИМУЩЕСТВО «ВК» продолжает отчет с заседания правительства Самарской области, которое прошло на днях под председательством и.о. губернатора Александра Нефедова. Татьяна МАТВЕЕВА

ДЕЛОВОЙ ЗАВТРАК «РГ» Федеральные СМИ о нас Вчера в «Российской газете» было опубликовано интервью с полномочным представителем Президента РФ в Приволжском федеральном округе Александром Коноваловым.

АТАМАНЫ ЧЕРНОЗЕМНОЙ РОССИИ Первый канал на прошедшей неделе начал показ телесериала «Девять жизней Нестора Махно». Не вдаваясь в художественные «особенности» этого произведения, хочется напомнить россиянам, что не менее яркие личности участвовали в гражданской войне и на территории собственно России; в том числе и в нашей, а также соседних областях.

ЧЕМПИОНАТ «УРОЖАЯ» ПРОДОЛЖАЕТСЯ Первая лига Результаты игр в девятом туре: «Торпедо» - «Нефтяник» 2-2 (2-1 – юношеские команды), «Автомобилист» Без. – «Металлист» 2-1 (4-1), «Автомобилист» Сер. – «Ника» 2-1 (2-0), «Смена-Алев» - «Кристалл» перенесена. Игра восьмого тура: «Кристалл» - «Торпедо» 3-0 (3-0)

У САМАРСКОГО ХУДОЖЕСТВЕННОГО МУЗЕЯ ДОЛГАЯ ИСТОРИЯ… 15 мая 2007 г. в «Волжской коммуне» была опубликована статья Натальи Эскиной «Круглый розовый денечек». Там она написала, что 8 мая музей отмечает 110-летие коллекции. Глеб АЛЕКСУШИН

ЯГОДНОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ Устроить летом праздник – проще простого, достаточно заварить свежий чай да испечь пирог с ягодами… Особенно хороши пироги с вишнями: сладкие, но в меру, не приторные, даже с легкой кислинкой, ароматные, а уж до чего сочные – так и тают во рту!

САМАРСКАЯ ТРЕХСМЕНКА Юные самарцы, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации, отдохнули в лагерях дневного пребывания при центрах «Семья», которые работали в июне во всех районах города.

РЫЦАРИ ЧЕРНО-БЕЛЫХ ПОЛЕЙ Так называется книга нашего постоянного автора Владимира Шарлота, вышедшая в свет в этом году в издательстве «Офорт» и посвященная 55-летию шахматного спорта в г. Новокуйбышевске, а также полувековому юбилею местной шахматной школы Геннадия Дегтярева.

ПРИ СВЕТЕ ПРОЖЕКТОРОВ Ремонт Московского шоссе продолжается в Красноглинском и Кировском районах. Дорожники приступили к работам на втором участке трассы. От АЗС-115 в поселке Мехзавод до проспекта имени Кирова восстанавливают дорогу рабочие СУ-830, это одно из подразделений ОАО «Самарадорстрой», выигравшего торги. Как субподрядная организация в ремонте участвует уже хорошо зарекомендовавшая себя качественным выполнением работ на участке от проспекта имени Масленникова до проспекта имени Кирова ООО НПФ 21-ВЕК. Владимир МУРАТОВ

ОГУРЕЦ – МОЛОДЕЦ Родиной огурца считают Индию, где до сих пор встречается один из его диких видов. В Индии огурец вошел в употребление за 3000 лет до нашей эры. Его название на санскрите означало имя легендарного индийского князя, якобы имевшего 60 тысяч детей, что, по всей вероятности, связано как с многочисленностью зернышек в огурце, так и с обилием приносимых им плодов.

МОЛОДЫЕ В ГРУППЕ РИСКА Об этой опасности говорилось и говорится много. Этой чумой современности – ВИЧ-инфекцией и вытекающим из нее СПИДом пугают обывателей документальные и художественные фильмы, газетные статьи, плакаты в поликлиниках и лекции в старших классах средних школ. Марина ГОНЧАРЕНКО

ЛЕТО-2007 В ЦИФРАХ И ФАКТАХ Летний отдых и оздоровление детей – предмет особой заботы губернских властей и, в частности, министерства по вопросам семьи и демографического развития Самарской области.

ЛЕГКОГО СТАРТА, УДАЧНОГО ФИНИША! Сегодня в лесной зоне села Заволжье муниципального района Приволжский проходит II спартакиада работников службы семьи и демографического развития Самарской области.

ЗАГЛЯНИТЕ В СЕМЕЙНЫЙ АЛЬБОМ! Когда люди фотографируются? На документы – это понятно, необходимость. А еще? Кода собираются вместе всей семьей на свадьбы, дни рождения, праздники. Когда всем радостно, приятно, весело, и хочется оставить эту радость в памяти на года, на века. Людмила МОЛЯКОВА

ЖИЛ-БЫЛ ХУДОЖНИК ОДИН… Центр народных ремесел на «Территории семьи» В 2008 году исполнится 150 лет со дня рождения самобытного самарского художника Григория Журавлева – единственного на Руси иконописца, писавшего кистью, зажатой в зубах. На родине его, в селе Утевка Нефтегорского района, создан центр народных ремесел. Первый семейный оператор СМАРТС выделил на его обустройство очередной грант своего социального проекта «Территория семьи». Этот проект реализуется в Нефтегорском районе при поддержке министерства по вопросам семьи и демографического развития Самарской области. Екатерина ПАВЛОВА

Елена ШАШАРИНА: «БРАКИ ЗАКЛЮЧАЮТСЯ НА НЕБЕСАХ, НО ЖИВЕМ МЫ НА ЗЕМЛЕ…» Семья, дети, социальное сиротство, безнадзорность и беспризорность, рождаемость и смертность, миграция и демографическая политика, - все это – сферы приложения сил специалистов министерства по вопросам семьи и демографического развития Самарской области. С руководителем этого ведомства министром Еленой Шашариной мы беседуем об успехах, проблемах и планах службы на будущее. Людмила МОЛЯКОВА

ВСЕ ОСТАЕТСЯ ЛЮДЯМ Не оскудела наша земля благотворителями! Недавно президент ОАО Дорожно-строительной компании «Самараавтодор» Иван Пятибратов был награжден Почетным знаком Губернатора Самарской области «За труд во благо земли Самарской». К награде прилагалась денежная сумма в размере 35 000 рублей. Эти деньги были переданы четырем многодетных семьям губернии. Марина ВАСИЛЬЕВА

В ДОБРЫЙ ПУТЬ, ВЫПУСКНИКИ! Восемь лет существует в Клявлинском районе приют для детей и подростков, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. За эти годы курс реабилитации прошли здесь 327 ребят. Людмила МОЛЯКОВА

«ЛУЧШЕ БЫ ВЫ КУПИЛИ СОБАКУ!» Лариса отлично помнила то время, когда ее мама ждала второго ребенка. Екатерина ЮРЬЕВА

«ДА БУДЕТ У ВАС МНОГО ДЕТЕЙ!» Рассказать о семье протоиерея Василия Анисимова мы решили по той причине, что отец Василий и матушка Татиана демографическую проблему в Сергиевском районе Самарской области решают не только личным примером, но и умелой, хорошо продуманной разъяснительной и воспитательной работой. О чем и попросили рассказать супругов. Олег БЕДУЛА

Версия для печати